Система ценностей

Вдобавок к исследованию, в какой мере мы испытываем почтение к личным наших пациентов, давайте взглянем на уважение, которое мы проявляем (или не проявляем) друг к другу, на соб­ственном поле. Проповедуя беспристрастность как ценность, которой надо держаться в отношении идеалов и выбора других людей, мы вовсе не прилагаем этот принцип к своим коллегам, когда их теоретическим и кли­ническим убеждениям случится прийти в противоречие с нашими собст­венными! Даже понимая, что их теоретическое видение, как и наше соб­ственное, обычно является плодом серьезных клинических исследований и долголетнего опыта, мы склонны отметать его, как ересь. В то же время, к идеям лидеров своей
школы аналитической мысли мы испытываем ква – зирелигиозное рвение. Концепции и открытия воспринимаются, скорее, как догматы веры, чем как научные теории; лидеры идеализируются, будто священники и пророки. Фрейд (1927, 1930), по-своему, возглавил крестовый поход против того, что он называл «религиозными иллюзи­ями» (хотя сам был склонен заменять религиозную веру верой в психоана­лиз!). Психоаналитическая теория и практика сегодня бесконечно слож­нее: сегодня у нас, скорее, секты, чем школы, учения, чем теории. Мы часто не желаем помнить, что теория — это только набор постулатов, которые никогда не были доказаны
(и которые, возможно, никогда и не удастся доказать). Если бы было иначе, наши концептуальные модели уже были бы не теориями, а законами. Не наше ли основное извраще­ниевера, что у нас в руках ключ от истины? Хотя теория суть любой науки, в других профессиях мы не встре­тимся со столь страстной защитой теорий, как у нас, когда почтенные общества раскалываются надвое, с необычной яростью, которая может продолжаться десятилетиями и ведет к тотальному отказу даже от обсуждения теоретических и клинических различий во мнениях. Как мы могли бы объяснить это явление?

Добавить комментарий

Обратный звонок